История западноевропейской музыки до 1789 года


         

в новой опере Глюка противоречие


Однако в новой опере Глюка противоречие между развитием собственно драмы и эф­фектами декоративного спектакля уже снимается и сама картин­ность, которая там присутствует, приобретает драматический

смысл.

«Ифигения в Тавриде» — уникальное оперное произведение, совершенно минующее тему любви. Это трагедия долга, воз­мездия, искупления и жертвенной дружбы. В ней много суро­вости, ее находили наиболее близкой античным художественным прообразам. В сравнении с исходным пунктом реформы, с «Ор­феем», это последнее ее выражение намного глубже, драматич­нее, мудрее. Глюк-реформатор прошел за семнадцать лет боль­шой и сложный путь исканий. При этом он не останавливался: ни одна из его опер не повторяет другую по конкретному реше­нию задач реформы. И последняя его реформаторская опера вносит немало нового в понимание оперной драматургии не только в сравнении с «Орфеем», но и в сравнении с двумя предыдущими французскими лирическими трагедиями. Суро­вость, строгость ее драматизма, отсутствие каких бы то ни было отступлений от развития драмы соединяются в «Ифигении в Тавриде» с картинностью и даже колористической выразитель­ностью, хотя и подчиненными драме, но вносящими в нее осо­бые оттенки наперекор «монотонии страсти», которая утомляла Руссо в «Альцесте».

«Ифигения в Тавриде» не имеет замкнутой увертюры. Орке­стровое вступление непосредственно вливается в первый акт. Спокойное, даже несколько пасторальное его начало (Andante, струнные, флейты, затем и другие инструменты), словно картина

258

мирной природы, резко оттеняет дальнейшую бурю — стреми­тельное и моторное Allegro, тремоло, гаммообразные взлеты и падения мелодических волн, как завывания ветра, свист флей­ты-пикколо — вспышки молнии. На фоне этой бури идет и пер­вая сцена оперы: рассказ Ифигении, ныне жрицы скифского храма, о ее страшном сне и тяжелых предчувствиях, реплики испуганных жриц-гречанок. Лишь к концу сцены буря успокаи­вается. Таким образом начало первого акта как бы наложено на увертюру, которая утрачивает самодовлеющее значение и «входит» прямо в действие.

Содержание  Назад  Вперед